Марко Поло (marco____polo) wrote,
Марко Поло
marco____polo

Categories:

Окончание истории о Мальчише-Кибальчише

14. СМЕРТЬ НА ЧУЖОЙ СТОРОНЕ
Так или иначе, но воинство Бакича было разбито наголову. И важную роль в этом сыграли молодые партизаны Кочетова. Хотя ... в бою-то кроме них участвовали и вполне регулярные красноармейцы стоявшей поблизости роты 231-го стрелкового полка. Как-то в виденных нами мемуарах это не так заметно, но имело место. Явно, что Всаднику на вороном коне со светлой саблей и красной звездой не надо было скакать день и ночь по горному Усинскому тракту, чтобы достичь далекой Красной Армии.
Часть побежденных, как мы видели, попросту сдалась, а часть, вместе со своими беженцами, ушла назад, в Монголию. Надежды у них уже не оставалось никакой. Сражение при Атамановке происходило 8-10 декабря по новому стилю (по другим данным 1-2 декабря), а климатологи дают для этого времени в тех местах температуру от минус десяти до минус двадцати. С дальнейшим быстрым понижением к концу месяца. Вот и представьте себе, как они пешком бредут через хребет Танну-Ола назад в монгольский Уланком. Будто бы, сам их предводитель бросил личное оружие, поднял большой деревянный крест и пошел впереди колонны. Так, во всяком случае, пишет Карл Байкалов. Его, правда, в Монголии к тому времени уже не было, уехал воевать в Якутию, но интереса к теме он не потерял.
Возможно, что рассудок генерала к тому моменту уже не выдержал испытаний. В любом случае, путь их, на этот раз, был недлинным. У Уланкома их встретили части Хатан Батора Максаржава, того самого, который в 1919 году приходил в Туву во главе беломонголов, а нынче решительно все осознал и командует, наоборот, красномонголами. Чтобы закончить о Хатан Баторе, скажем, что через пару лет он будет военным министром Монгольской Народной республики, членом ЦК, а потом вдруг случайно и внезапно погибнет на охоте.
****
Монголу они, конечно, были совсем не нужны, а вот советским товарищам – очень! Бакича и других высших офицеров передали Советам 3 февраля 1922 года, отвезли в Новониколаевск – столицу Советской Сибири и начали готовить к процессу. Опыт уже был. Здесь же, в Новониколаевске, в городском саду «Сосновка» на улице Фабричной 15 сентября предыдущего года состоялся показательный процесс над Романом Федоровичем Унгерн фон Штернбергом. За один день осудили и к вечеру расстреляли. Этих, Бакича и еще 16 его генералов и старших офицеров, положили судить 25 мая. Заранее продавали билеты для публики. В качестве общественного обвинителя был известный Емельян Ярославский. Он же, кстати, обвинял и Унгерна в сентябре.
Но барон – он был монархист и даже с большим уклоном в теократию, а Бакич, как помните, служил в Народной Армии, флаг у него был красный с небольшой трехцветной нашлепкой, лозунги у него были никак не монархические. А вот это как раз и оказалось главным подарком Власти Трудящихся. Сибирь – Сибирью, а в Москве вот-вот начнется процесс эсеров (8 июня - 7 августа). Вот тут очень хорошо было скомпрометировать социалистов-революционеров, навесить на них те убийства и прочие ужасы без которых невозможна любая война, а тем более такая экзотическая.
По дурости или с заранее обдуманным намерением, но и адвокат стал уговаривать суд, что его подзащитный не бандит какой-нибудь, а имел в своих рядах социал-демократов-меньшевиков и социалистов-революционеров.
На радость Емельяну Ярославскому.
Результат вы уже, однако, поняли. Бакичу и еще пятерым – вышка. Как изящно формулирует известный некогда певец ВЧК-ОГПУ Д.Голинков в своей недавней книжке «Правда о врагах народа»: «Все они были сурово наказаны». Куда ж суровей! Другим по нескольку лет или условно, но ждет их постоянный учет в Органах и – всех до одного – ранняя смерть. «Под гром аплодисментов зрителей».
Лучше бы он вернулся из Самары на свою далекую горную родину тогда, в начале 1918-го ... .
Image Hosted by ImageShack.us

Вот его фотография незадолго до суда и расстрела. Видите сами, что бородатый русский крестьянин не очень похож на того молодцеватого, немного опереточного балканоида, который был на более ранних снимках. Ну, так и прожито за эти немногие последние годы!

15. ЧЕТЫРЕСТА ПЯТЬДЕСЯТ КИЛОМЕТРОВ ПО ПРЯМОЙ
Ну, хорошо. С Мальчишем-Кибальчишем мы, кажется, определились. Главного Буржуина похоронили. А при чем тут Гайдар? Где в это время был любимый детский писатель?
В начале ноября 1921-го он в Башкирии, командует отдельным 3-м коммунистическим батальоном ЧОН в Белорецке. Потом уезжает в Москву за новым назначением. С января (по другим данным – с февраля) 1922-го – в Сибири. Как он сам писал в автобиографии: «был назначен начальником второго боевого района, на границе Монголии (Тана-Тувы), где только что прошли части белого полковника Олиферова и остатки офицерской банды Соловьева».
Совершенно точно, что в приказе по шестому отряду ЧОНа от 24 марта 1922 года обозначено :
«Прибывшего в мое распоряжение штаб ЧОНгуба Енисейского 19 марта сего года товарища Голикова зачислить в списки отряда на все виды довольствия с вышеуказанного числа, с назначением на должность комбата вверенного мне отряда. Тов. Касьянову командование батальоном сдать и прибыть в мое распоряжение.
ОСНОВАНИЕ: личное приказание Команчонгуба.
Командир отряда КУДРЯВЦЕВ».
После этого Голиков, будущий Гайдар на протяжении двух с половиной месяцев носился по тайге, пытаясь выловить и уничтожить Горно-конный партизанский отряд им. Великого Князя Михаила Александровича, как именовали себя повстанцы местного атамана Ивана Соловьева. Не преуспел. Уже без него были штурмы гор и лесов и, наконец, гибель есаула в мае 1924 года. Уже 10 июня его отстранили от командования и затребовали в Красноярск, в губернский штаб ЧОН. Там разбирались с его самоуправством, а после и с физическим и психическим здоровьем. В сентябре из Красноярска его отослали в Центр, а через год и вовсе списали из РККА. Все-таки, знаете ли, командовать полком, хоть бы и запасным, в семнадцать – рановато. Непосильная нагрузка.
Но это же Гайдар! Имя приметное и само по себе, а тут еще широкоизвестный внук. Разумеется, на эти два с половиной месяца навалили в советское время море подвигов, а в послесоветское – целый океан ужасов. Ну, чукчи, конечно, писатели, а не читатели, многие даже члены ССП – но попробовали бы хоть сообразить, что столько всего человек за такой короткий срок не успеет. Тот же Солоухин привел море документов о терроре, только что ни в одном из них Аркадий Голиков не фигурирует.
***
Слава Богу, появилась хоть одна толковая статья местного абаканского кандидата исторических наук Шекшеева, которую можно и в Сети почитать (http://community.livejournal.com/gaidar_ru/28728.html#cutid1, http://community.livejournal.com/gaidar_ru/28955.html#cutid1). Пишет сибирский историк, что много занапрасну лилось крови в его земле (как, заметим, и в остальной стране), что попачканы, повидимому, руки кровью и у будущего детского писателя, но было это тогда попросту нормой жизни. С обеих сторон. Не хуже, чем в Пугачевщину. Но вот остальные так это нормой и считали, а тут, видимо, натура не такая закаленная – да и пацан же по годам, он это запомнил и всю оставшуюся жизнь это его мучило.
Тут на память приходит советский фильм «Выбор цели» об атомщиках. Фильм вполне патриотический и воодушевляющий, собственно, чего же вы ждали от режиссера Бондарчука? Но вот случайно получилось или как, но очень бросались в глаза моральные муки насчет бомбы у Роберта Оппенгеймера в исполнении Юрского и, с другой стороны глобуса, полное отсутствие терзаний и вообще каких либо сомнений у Курчатова-Бондарчука и его соратников. Там вся проблема была – успеют порадовать Родину бомбой к Первому Мая или задержится до Седьмого Ноября. Так что даже было некоторое сомнение – а люди это или все же высококачественные андроиды?
Но в любом случае мы знаем, что будущий Гайдар апрель и май, когда готовился и проводился процесс бакичан, находился в нынешней северной части Хакассии. Был он в это время «начальником Второго боерайона, включающего территорию шести нынешних районов на юге Красноярского края: Ужурский, Шарыповский, Орджоникидзевский, Ширинский, Боградский и часть Усть-Абаканского». По прямой тут около 400 верст до урянхайской, впрочем, уже тувинской с августа 21-го, Атамановки, где в декабре сражались партизаны Сергея Кочетова и воинство Андрея Бакича. И чуть меньше до Новониколаевска, ныне Новосибирска, где в мае судят генерала и его соратников. По-сибирски, прямо скажем, рядом.
Image Hosted by ImageShack.us

***
То есть, не знать ему эту историю об одном из последних набегов побежденных на территорию победителя, произошедшем совсем рядом ... воля ваша, это невозможно. Конечно, мы уже с вами убедились, что полную истину тут не знал и, уж точно, не помнил спустя годы, никто. Но какой-то профессиональный чекистский фольклор на эту тему, видать, запал Голикову в память. И всплыл десять лет спустя, когда корреспондент «Тихоокеанской звезды» Аркадий Гайдар лечился от запоя в хабаровской психушке и там же написал свою удивительную «Сказку про военную тайну, Мальчиша-Кибальчиша и его твердое слово».

16. СУДЬБЫ И ЖРЕБИИ
Ну вот, пришла нам пора расставаться с нашей сказкой и с реальной историей, которая, как кажется, послужила сказке некоторым прототипом. Простимся и с ее героями, еще раз назовем некоторых из них.
Дутовского производства генерал-лейтенант Андрей (Андро) Степанович Бакич. Прожил он на белом свете сорок три с половиною года и сложил свою буйную голову за четыре с половиной тысячи километров от своей Черногории.
Атаман Дутов Александр Ильич. В сорок один год убит чекистами при попытке похищения в китайском Суйдине. Другой атаман – Анненков Борис Владимирович. В 1927 году похищен из Китая чекистами и увезен в Советский Союз. Там его судили и расстреляли. Было ему тогда тридцать восемь лет. Барон Унгерн фон Штернберг Роман Федорович, несостоявшийся создатель желтой буддийской империи. Тоже, как помните, расстрелян после революционного суда в возрасте тридцать шести лет. Пепеляев Анатолий Николаевич, сибирского производства генерал-лейтенант. Этого советский суд приговорил к смертной казни. Но смерть ВЦИК заменил на десять лет заключения. Потом, правда, все-таки расстреляли. Было ему тогда сорок семь. Иван Соловьев, тот самый командир «Горно-конного партизанского отряда им. Великого Князя Михаила Александровича» из хакасских гор. Застрелен чекистами во время переговоров о сдаче. Было ему тридцать два года.
Но и победители тоже не все дожили до старости. Вот победитель Пепеляева чекист Иван Яковлевич Строд. Расстрелян в 1938 году в возрасте сорока трех лет. Другой знаменитый сибирский чекист, Карл Байкалов-Некундэ, пули тогда избежал, получил за троцкистский шпионаж десятку, умер в ссылке в 1950-м. Было ему тогда уже шестьдесят четыре. Знаменитый красный партизан штабс-капитан Петр Щетинкин. Был в Монголии инструктором Государственной Военной Охраны и погиб в 1927 году при очень странных обстоятельствах в возрасте сорок два года. Их общий начальник, «Сибирский Ленин», Иван Никитич Смирнов. Растрелян по делу "Антисоветского объединенного троцкистско-зиновьевского блока" в 1936-м. Было ему пятьдесят пять.
***
Ну, а где и как жили и помирали десятки миллионов людей, по судьбам которых проехалась Гражданская Война – да кому это интересно? Я, впрочем, позволю себе вспомнить двоих людей, важных лично для меня. Скажем сразу, что этим двоим – повезло.
Дед мой, Александр Дмитриевич, совершенно сознательно не хотевший принять ни белую, ни красную сторону – и по сказочному везению смогший это выполнить – дожил до девяносто четвертого года своей жизни. Он умер в 1981 году, за несколько лет до того, как Советская Власть начала показывать первые признаки трупного окоченения. Я прилетел на похороны из Нижневартовска. На поминках я сказал: «Сегодня мы похоронили последнего, наверное, члена партии социалистов-революционеров в нашей стране ...». Мой отец, член Башкирского обкома КПСС, покосился на меня, но перебивать не стал. Понимал, что его тесть так и не полюбил эту власть, в отличие от большинства своих соотечественников, готовых страстно, до оргазма, любить любую Власть, лишь бы покруче да попарадней.
Баба Хима ... нынче ее тоже нету в живых, конечно. Иначе ей было бы уже под сто десять, а такие люди по планете наперечет. Тем более – в Амурской области. А сорок лет назад была она, вдова красного партизанского командира и первого председателя колхоза в селе Петропавловка, погибшего под Курском, крепкой, активной и красивой старухой. Жила на двенадцатирублевую пенсию от добрых Партии-Правительства, огорода, на котором гнулась каждый летний день, сдачи углов, кормежки и обстирывания гарнизонных офицеров – конкретно нас со старлеем Володей. Ни во что, сколько понимаю, не верила – кроме себя и своего труда.
***
Вспомнить еще чоновца Аркадия Голикова из Арзамаса, недолгого противника атамана Соловьева. В 1924 году его списали из РККА по здоровью, в общем, более по психическому. Прожил он после этого семнадцать лет, стал знаменитым детским писателем, а в октябре 1941 год погиб в возрасте тридцать семь лет. Был он в это время в партизанском отряде, куда попал после окружения в ходе «киевской катастрофы».
В общем, одним из немногих участников нашей затянувшейся истории, дожившим более или менее до старости, оказался как раз Кочетов Сергей Кузьмич. Был он на разных руководящих кызыльских должностях до 1957 года, воевал во время Великой войны в Красной армии. В 1957 году, по некоторым воспоминаниям, была у него небольшая стычка с тувинским местным первым секретарем Салчаком Токой. Тут его отправили на пенсию, а вскоре он и умер. Шестьдесят шесть лет.
Но пока был жив – пользовался большим уважением, как герой Гражданской воины. Приходили к нему достаточно регулярно пионеры: получать заряд патриотизма и героизма непосредственно от ветерана.
***
Вот какую сказку на Востоке рассказал мне старый аксакал ... .
Tags: Мальчиш-Кибальчиш
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 26 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →