Марко Поло (marco____polo) wrote,
Марко Поло
marco____polo

Categories:

Главный и другие буржуины (продолжение)

Как ни рвались командующий и его воинство из проклятой эмильской стоянки – но уходить им пришлось не по собственной воле, а спасая свои головы от красных клинков.
Инициатива перехода границы Красной Армией исходила, конечно, в первую очередь с советской стороны, что вполне понятно в любом варианте. Всемирно-революционном: отчего бы не разжечь Мировой Пожар еще и здешним саксаулом? И в имперском: лежит рядом с нашими границами территория, лежит достаточно плохо – отчего бы не прибрать хоть на время?
Но вот то, что и здешние китайские власти приветствовали и даже отчасти инициировали такой переход, при том, что соседа хорошо знали и побаивались, это, наверное, требует объяснения. Лучше всего исходную ситуацию, как кажется, характеризуют воспоминания одного из жителей лагеря на Эмиль-Хо: «Местные китайские власти первое время совершенно растерялись и только с ужасом смотрели на все новые и новые толпы пришельцев и, не обладая никакой сколько-нибудь серьезной военной силой, не могли бы оказать противодействия каким-либо начинаниям русских».
Да, конечно, оренбургское белое воинство сдало, как требовали, почти все огнестрельное оружие, а у синцзянских властей были какие-то отряды с ружьями вроде войска или полиции. Но по всем описаниям оно полностью соответствовало известной китайской же поговорке: «Из хорошего железа не делают гвоздей, из хороших людей не делают солдат», а и упомянутый ранее эпизод, когда безоружные анненковцы подобранными кольями сокрушают войско урумчинского генерал-губернатора и заставляют его спасаться в старой крепости, это очень подтверждает.
Люди Бакича как раз вели себя очень скромно, вероятно, даже, что чересчур, потому, что много писалось о хамстве и произволе чугучакской полиции по отношению к русским беженцам. Но ведь можно хамить, обижать – и при этом смертельно бояться обижаемого ... .
Впрочем, со своими коренными ханьцами, дунганами, казахами, уйгурами стражники вели себя еще непринужденнее. Как это традиционно принято на Востоке, чуть что били палками да сажали в колодки.
------------------------------------------------------
В общем, китайские местные власти начали снюхиваться через границу с новой советской властью на тему о белоэмигрантах. А тут в мае 1921-го появилось новое обстоятельство, чрезвычайно катализировавшее ход событий. Время это в истории нСоветской России хоть и обозначается как «после Гражданской войны», но особенно спокойным его назвать нельзя. У Власти Трудящихся появился новый враг. В Кратком Курсе Истории ВКП(б) он обозначен как «организованные белогвардейцами и эсерами кулацкие мятежи в Сибири, на Украине, в Тамбовской губернии».
Не надо, наверное, специально доказывать, что ни Кронштадт, ни мужицкие жакерии от Днепра до Оби весной 1921-го не были организованы ни эсерами, ни уцелевшими белыми офицерами. И для тех, и для других мятеж был такой же неожиданностью, как и для комиссаров. Краткий Курс вообще такой источник ... его слушать, так оказывается, что эти бунты по заданию германско-японской разведки организовали, если не Бухарин, так точно Троцкий.
Ну, зарвалась власть, она же сама все время затыкала все лазейки для невооруженной критики. В таких случаях остается только возможность критики вооруженной. А оружия в стране после окончившейся Гражданской войны море, мужиков, владеющих таким оружием, хватает, а добровольно отказываться от «военного коммунизма» правящая партия не торопится. Вот и пришлось мужицкому сословию отдать еще раз какое-то число своих сыновей в бушлатах и зипунах жертвами красному террору, чтобы только довести вождям за кремлевской стеной ту же самую мысль, которую их предки пытались втолковать новгородским боярам – «не губите своих смерд и своей дани».
Сибирское февральское восстание поражает прежде всего географическим размахом – от Ямала до Петропавловска и Кокчетава, от Тюмени до Чулыма. И это при том, что кое-где еще сопротивляются последние отряды крестьянских повстанцев, оставшиеся от мятежей 1920 года. Всего под знаменами восстания было под сто тысяч душ. Недаром и давить это пришлось масштабно, суммарная численность частей Красной Армии, чекистов, ЧОН, партийно-комсомольских вооруженных отрядов, задействованных для подавления, оценивается в полевую армию, тоже около ста тысяч штыков и сабель, чуть меньше, чем понадобилось для победы на Колчаком. Только убитых со стороны карателей было почти четыре тысячи, а мужиков убитых ... кто ж их считал?
Были там все знакомые черты всех исторических жакерий и вандей – и жуткие зверства с обеих сторон, и неумение воевать чуть подальше за околицей своего села, и восторженная надежда сразить Государство силой справедливости мужицкого дела, и детальное воспроизводство селянами под другими названиями всех структур противника, вплоть до суррогатов Чеки. Были они, конечно, как почти всегда и везде, побеждены Городом, но выбили таки у Х съезда РКП(б) отмену продразверстки и введение НЭПа. Хоть десять лет сколько-то сытой жизни для уцелевших.
-------------------------------------------------
Вместе с крестьянами взбунтовались и сибирские казаки. Если в 18-м вместе с Сибирским Атаманом Анненковым воевать в Семипалатинск и Семиречье уходило именно что активное меньшинство, за «белую идею», да многие, очевидно и по старинной казачьей традиции наездов, того, что соседи-тюрки называют «аламан», то в 21-м восстало то самое большинство, которое, как мы с вами договорились «всегда участвует в ихней борьбе по несчастью, когда не удается отвертеться». Истинным несчaстьем, хуже всякой саранчи, была в ту пору в Западной Сибири Продразверстка, дошедшая до выгребания посевного зерна. Нашему брату-горожанину понять трудно, а для потомственного земледела зерно на посев всегда былo святыней покруче Богородицы. Не просто ведь личная смерть. Вымирание Рода. Тут уж выбора нет: помирать под пулями карательных отрядов – или вместе с нерожденными потомками от голода.
Казаки, ну, в абсолютном большинстве, наследственные конники. В Восстании они образовали Сибирскую казачью дивизию полковника Токарева. Вместе с восстанием одерживали победы – взяли город Петропавловск, вместе с восстанием потерпели поражение. Но восстание отступало на север, к временной столице Сургуту и последнему оплоту в заполярном Обдорске. А конники Токарева пробились на юго-восток и к середине мая 1921-го после многих потерь в числе 1200 сабель ушли через хребет Тарбагатай к тому же Чугучаку, куда годом ранее отступили бойцы Бакича. Причем эти, возможно, что по казачьей простоте, никаких переговоров с китайскими властями не вели, никаких кондиций не подписывали и оружия не сдавали. Просто перешли границу – и пришли в тот же лагерь на Эмели, где уже год живут оренбуржцы.
Tags: Мальчиш-Кибальчиш
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments