Марко Поло (marco____polo) wrote,
Марко Поло
marco____polo

Categories:

ЗАГАДКИ МАЛЬЧИША КИБАЛЬЧИША И ГЛАВНОГО БУРЖУИНА (и еще)

В общем – уговорили.
Генерал, как говорится, кликнул клич. В отряд начали записываться, или хоть грустно сообщать, что «вот тоже бы хотелось вступить, но ...», прошедшие фронты Волги, Урала и Сибири каппелевцы, казаки, бойцы его собственной Сибирской армии. Из тех, кто умеет воевать, потерпел вместе со всеми поражение, не смирился, не простил, но и в успех Молчанова в Приморье не верит. Набралось вместе в Харбине и Владивостоке семьсот человек. Наименовали их «Сибирской добровольческой дружиной».
Труднее с экипировкой. Сами знаете, двухнедельный водный поход на IVб категорию – и то не так легко укомплектовать. Пока по блату добудешь тушенку, кореечку, сухое молоко, накупишь круп и макаронных рожков, насушишь холодной сушкой сухарей, накопишь «хищенки» - казенного спирта, уэкономленного при промывке главной оптической оси, запасешься патронами, проверишь байды, сапоги, штормовки, переметы ... ну, много всего. А и билеты ж часто не достать, и карт в природе не существует. Даже и добудутся по неслыханной удаче секретные генштабовские двухкилометровки – а с местностью почти ничего общего.
Ну вот, а тут число участников умножаем на сто, а сложность экспедиции ... да , может, и побольше, чем на сто, с учетом необозначенных на карте красных Частей Особого Назначения по маршруту похода. Причем, по условиям нашей ролевой игры использование импортного оборудования сильно затруднено. «По настоянию генерала Пепеляева вся подготовка экспедиции велась так, чтобы японцы об этом не знали, и не смогли бы тем или иным путем навязать свое влияние на движение, ибо А.Н.Пепеляев вообще был против иностранного вмешательства в дела России, а в частности – японского».
Тут он, надо упомянуть, был солидарен с новым хозяином Владивостока и вообще Приморья, сменившим ген. Молчанова и братьев Меркуловых Земским Воеводой и Единоначальным Правителем генерал-лейтенантом М.К.Дидерихсом. Тот как раз официально объявил, в Обращении к населению Приморья, что, с одной стороны, его Войско, Земская Рать, все пять тысяч штыков и сабель, вот-вот окончательно разобьют коммунистов и двинутся освобождать Москву и Петроград, а с другой, что он, как Правитель, очень приветствует эвакуацию из края японских войск. Для японцев, на которых и так постоянно давили янки, требуя такого ухода во исполнение решений Вашингтонской конференции, это было сильной и не очень приятной неожиданностью.
Понять Дидерихса можно, он сильно недолюбливал самураев еще по воспоминаниям 1904 года, но надо прямо сказать, что Земский Воевода так же перехватывал через край со своими Православием, Самодержавием и Русским Патриотизмом, как Барон Унгерн – с Желтой верой. Со служилыми остзейскими немцами это случалось. Наверное, ориентация на уход японцев могла бы отобрать у РКП(б) притягательность, как единственной патриотической партии на Русском Дальнем Востоке, сплотить население и позволить удержать остаток Небольшевистской России, если б рубеж обороны был на Байкале. А под Спасском и Уссурийском, всего за сто-двести верст от Золотого Рога было, как кажется, безумием терять поддержку последнего союзника.
Впрочем, пепеляевской затее с походом в Якутию он и не помогал, более всего по полному отсутствию каких-либо ресурсов, но и особо не мешал. Издал чрезвычайно красноречивый приказ, закачивающийся словами: « ... призываю управление и население Якутской области к солидарной работе на пути борьбы с гнетом коммунизма и воссоздания великой, единой, мощной и неделимой России.
С помощью Бога вперед! С доблестным вождем генералом Пепеляевым мы непобедимы!
». Конфиденциально же сделал ему предложение «остаться в Приморье и занять высокий командный пост, на что Пепеляев ответил категорическим отказом». Зачем уж Воеводе был так нужен еще один генерал-лейтенант в армии, где нехватало, скорей, рядовых и младших командиров – Бог весть?
«В первых числах сентября в лагерях дружины был отслужен молебен, после чего перед дружиной выступил с речью генерал Пепеляев, в которой он сказал, что мы идем бороться за народ, вместе с народом, за власть, которую пожелает сам народ, и что самое главное — мы идем по просьбе самого народа». Эти слова – практически полное воспроизведение известного «парадного» определения демократии, так что политические убеждения Пепеляева были, как видим, не слишком близки к взглядам монархиста Дидерихса.
Ну, С Богом! Зафрахтованный на деньги, собранные среди укладывающих чемоданы в Харбин и Шанхай владивостокских купцов, пароход «Томск» идет в тот самый Аян.
_____________________________________________________________________________
Что их там ждет?
На официальном Веб-сервере органов государственной власти Республики Саха (Якутия) сообщается, однако, что «выдавая себя за делегацию якутского народа, якобы поголовно восставшего против Советской власти, представители тойонов и купцов передали генералу Пепеляеву предложения якутских буржуазных националистов и стоявших за их спиной японских и американских империалистов организовать новый антисоветский поход». Далее идут «банды», «члены городских партийной и комсомольской организаций», «Якутский народно-революционный добровольческий отряд (Якнарревдот)», «героически» и «полный провал замыслов». Остается спеть, держась за руки: «Если снова над миром грянет гром, Небо вспыхнет огнем, Вы нам только шепните ...». И непременно придут – можете не сомневаться!
С другой стороны, случайно выживший участник пепеляевского похода Г.Грачев сообщает, со слов сопровождавших экспедицию якутских повстанческих делегатов, что «народ Якутской области действительно восстал поголовно, включая женщин, которые немалую роль играли в разведке».
На самом деле ни так, ни этак обычно в жизни не бывает. Любая революция, любая гражданская война – это борьба одного меньшинства с другим. Бедное большинство всегда участвует в ихней борьбе по несчастью, когда не удается отвертеться. Наша Гражданская война 1918-1923 гг в этом, конечно, не исключение.
Якутия, конечно, несколько отличалась тогда от остальных российских и даже сибирских губерний. Прежде всего тем, что по ней, в отличие от почти всех остальных, нет ни одной версты железной дороги. Во-первых, это значит, что нет и деповских рабочих, которые, вместе с черемховскими, кузбасскими, сучанскими шахтерами, составляли главную опору большевиков за Уралом. Нет своей, местной якутской гражданской войны между земляками. Так - редкие наезды вооруженных людей из Иркутска, возрождение древнерусского полюдья в ХХ веке. Соответственно, край почти не разграблен ни войной на месте, ни реквизициями в пользу красного или белого Центров.
Спасают суровый климат и бездорожье. Оно, собственно, там и сегодня, любой может увидеть по телевизору Камазы и Скании, застрявшие в межсезонье на размытой Федеральной трассе «Лена». Но нынче ФСБ в любой момент может добраться «в этот край далекий» не хуже, чем на Южный полюс – на вертолете. А тогда – хрен! Только по реке, либо по горнотаежным трактам в доступные для передвижения месяцы. Редкое счастье для жителей по тем бурным временам.
Естественно, что при таких условиях любой якут в своем наслеге производит на добравшегося из разоренного Центра чекиста впечатление недораскулаченного богатея. Вот и восстания в ответ на реквизиции. Но не все, конечно, кто побойчее, однако, кто-то и терпит. А при колоссальных якутских просторах и общем населении области в триста тысяч душ, понятно, что семь сотен закаленных бойцов Пепеляева – плюс его высокое, хоть и полученное не от царя, а от Правителя, звание – могут сильно повлиять на соотношение сил в крае.
____________________________________________________________________________
Так и вышло. Они высадились в Аяне. Не могу удержаться, чтоб не привести еще одну колоритную цитату из мемуаров пепеляевца Грачева: «Пароход «Томск» прибыл в порт Аян 27 сентября 1922 года. Постройки этого порта далекого севера состоят из 14 частных изб, 4 амбаров, 2 бань, 2 казенных амбаров. Торговля — четыре лавчонки: американца, японца, англичанина и русского. Есть старая, обветшалая, небольшая церковь. Всего жителей — 30 мужчин, 20 женщин, преимущественно русские. Главное занятие — коммерция и промысел».
Добавим, для полноты картины, что ровно через 4 недели после их высадки пал Владивосток, корабли адмирала Старка повезли остатки Земской Рати искать приют на первый случай в корейскую колонию Японской империи, в порт Гензан. Красные, как правильно информирует известная песня, «на Тихом океане свой закончили поход» и немедленно ликвидировали более ненужную ширму Дальневосточной Республики, включив ее территорию в РСФСР.
Отряд Пепеляева вголодную дождался декабря, начала хоть какой-то проходимости знаменитого непроходимого хребта Джугджур, перебрался собственно в Якутию и пошел прямо на Якутск.
(Окончание следует, ей-Богу! Еще два-три дня. Ну, четыре!)
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments