Марко Поло (marco____polo) wrote,
Марко Поло
marco____polo

Categories:
Эту байку, я, собственно, уже рассказывал, когда ко мне приставал на максимсоколовской ветке чудик по имени Джадан, страстный китаелюб и хохлоненавистник. Но потом ее уже чуть не потерял и решил, что лучше перенести к себе. Вот она:
Я эту историю знаю от своего отца, Александра Сергеевича Эйгенсона, а он ее слышал от одного из участников, известного М.А. Суслова. Не в частной беседе, конечно, а на городском партактиве, где главный идеолог встречался с местными кадрами в ходе своего визита в Башкирию. Что-то мне кажется, что дело было зимой того самого 68-го, когда дружба Москвы и Пекина совсем уж стала переливаться через край.
В апреле, однако, стрельба временно закончилась. На пару месяцев сняли в Краснознаменном Дальневосточном округе полную, а потом и повышенную боевую готовность и я под это дело улетел в отпуск - повидать жену и новорожденного сына.
В том числе, конечно, увиделся и с отцом, он мне и рассказывал.
Когда доклад закончился, разрешили задавать вопросы.
Кто-то спросил - какова позиция во внутримарксистско-ленинском конфликте Компартии Японии? А японцы, на самом деле, тогда хаяли и Москву, и Пекин, камнем преткновения были острова: Южные Курилы с одной стороны и острова Сенкаку в Южнокитайском море с другой
М.А. пояснил, что в Японии существуют разные мнения по этому поводу. Правящая партия хочет Южные Курилы. Соцпартия хотела бы еще и Северные до самой Камчатки. А компартия требует чтобы и то,
и это, и еще весь Карафуто-Сахалин.
Народ поудивлялся - Уфа, надо вам сказать, не особенно была крупная столица по части мировой политики, там больше делали авиамоторы, перерабатывали нефть и т.п., насчет Бриана-Келлога были не в курсе.
Тогда М.А. расслабился в этаком кругу простодушных провинциалов и предался воспоминаниям.
Будто бы, в 1951 году приехала в Москву делегация японского ЦК с конкретными предложениями: развернуть по испытанному китайскому образцу партизанскую войну в тылу Макартура. Корейская же война в самом разгаре.
Сначала базы в горах, потом всенародная война. От советских товарищей требуется благословение, ну, и по мелочам: деньги, оружие, доставленное на подводных лодках, инструкторы, обучение будущих партизанских командиров на советской территории или в Китае.
Якобы, Мао в курсе и не возражает - но нужно чтобы одобрил Сам.
Принимал делегацию как раз Суслов. Пытался он им объяснить, что дело мертвое - но те ни
в какую. Требуют встречи лично с Вождем. А тот в ту пору уже прихварывал, больше жил в Кунцево на даче. С делегациями встречаться не очень встречался. Да и дела - надо же с языкознанием разбираться!
Япошки уперлись - подавай им Вождя. В конце концов стало понятно, что добром они не уедут, так и будут плакать, рваться к Сталину.
Тот вдруг согласился и принял пролетариев-самураев.
На встрече Генералиссимус выслушал ходоков и задал им один-единственный вопрос, на который они так и не ответили, но долго кланялись, прижимали руки к сердцу, а потом собрались и безропотно уехали.
Суслов сделал паузу и сообщил партактиву Вопрос Вождя. Сталин спросил: "Есть ли в Японии хоть одна точка, которая не просматривается с вершины Фудзиямы?"
Вот и все.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments