marco____polo

Categories:

Третья волна (окончание)

5

К этому времени почти весь мусульманский мир был покорен европейцами. В Индии правила Британская империя. Среднюю Азию покорили русские. Иран ... но шах держался у власти только за счет интервенции российской армии и силой обученного русскими «персидского казачества». Турция ... да, султан и халиф продолжал править, но можно ли считать полностью независимой страну, где действует «режим капитуляций», где таможенными пошлинами управляют иностранцы и они идут в уплату процентов по госдолгу. Египет и Судан оккупированы англичанами. Триполи и Киренаика недавно отобраны у турок итальянцами, те же итальянцы сделали своими колониями Эритрею и Сомали. Страны Магриба, как и мусульманские страны Западного Судана попали под власть Франции. Ява и весь Малайский архипелаг стали колонией Нидерландов. Ну, разве что Афганистан и пустынные внутренние области Аравии еще не стали европейскими колониями.

В магометанство в XIX веке начала довольно быстро переходить часть китайцев, но манчжуры достаточно быстро и кроваво задавили это движение. Вообще авторитет Ислама довольно заметно упал в то время. Ну, вот разве что германский император Вильгельм во время своего визита в Истанбул и Иерусалим в 1898 году громко объявил себя защитником мирового мусульманства. Но тут все было шито белыми нитками. Немцы явно искали себе союзников в колониальных странах на случай войны а Британией и Францией. Какой-то иллюстрацией к этому снижению уверенности мусульман в себе может служить известное стихотворение Гумилева, где «эффенди ... прошептал с печалью: «Мыши съели Три волоска из бороды Пророка».

Но вот пришла Мировая война. Османская империя, руководимая партией младотурков, после примерно месячной торговли с Берлином, Лондоном и Санкт-Петербургом выбрала для себя сторону Центральных держав. Нельзя сказать, что эта война покрыла оружие турецких аскеров очень уж неувядаемой славой. Хотя защита Кемалем Галлиполийского полуострова от британцев, австралийцев и новозеландцев была успешной, да и в Месопотамии под Эль-Кутом после первых успехов примерно 10 тысячам британцев пришлось сдаться в плен. Но в 1915-16 годах англичане сумели привлечь на своей стороне арабские части Хашимитов из Хиджаза, а российская армия под командованием Юденича разбила турок в Турецкой Армении, взяла Трабзон, Эрзурум, Битлис. Развал российской армии и Брестский мир позволили османам вернуть себе эти территории и оккупировать к середине сентября 1918 года почти все российское Закавказье включая Баку. Но уже в октябре Турция рухнула, а за ней и Австро-Венгрия и сама Германия.

По Мудросскому перемирию Антанта могла делать с турками все, что пожелает. На  Босфоре появился британский гарнизон, все, что южнее линии от Бодрума через Конью до Диарбакыра, а также Стамбул с округой, Зонгулдак, Измир были оккупированы войсками Британии, Франции, Италии и Греции, союзники велели султану распустить палату депутатов, восстановили режим капитуляций, дававши европейцам неподсудность турецкому суду, запретили митинги и собрания.

Лига Наций отдала Франции в мандатное управление Сирию и Ливан, а Британии Ирак и Палестину. Армяне очень хотели попасть под управление США, но им помешало то, что Конгресс отказался от вхождения в Лигу. Хиджаз с родиной Ислама Меккой стал как бы независимым, но он очень сильно зависел от британцев. Все это крайне взволновало турок, в анатолийских городах Анкаре и Эрзуруме началось антиантантовское движение, которое возглавил герой обороны Галлиполи Кемаль-паша. После трех лет войны Турции удалось изменить к лучшему условия мира. Стамбул и Измир вернулись туркам, Южная Анатолия, включая Курдистан, и Западная Армения тоже. Победившее Великое Национальное собрание упразднило институты султаната, а затем и халифата, объявило страну светской республикой и перенесло столицу в Анкару. Туркам под руководством Кемаля, ставшего Ататюрком – Отцом Турок, пришлось отказаться от традиционной одежды, арабского алфавита, старых законов, многоженства, ввести у себя швейцарский гражданский, итальянский уголовный и германский коммерческий кодексы. 

Единственным светлым для антиевропейского исламского движения обстоятельством было то, что в начавшейся Третьей англо-афганской войне британцы, хотя и одерживали победы, были вынуждены пойти на мир и признание независимости Афганистана из опасений волнений в Британской Индии. Хотя афганский король Аманулла так же, как и Кемаль Ататюрк, оказался прогрессистом, флиртовал с Кремлем и начал в Кабуле определенные реформы. Еще в горах Северного Марокко какое-то время воевала против испанцев и французов Рифская республика Абд-эль-Керима.

В то время главным противником европейской цивилизации оказалась молодая религия Серпа и Молота. У нее была заметная и очень настроенная на технический прогресс Красная Армия, всемирная организация, ориентированная на планетарный переворот, активные организации сторонников по всему миру, не только в западных странах, но и в колониях. Надо сказать, что очень рано появилась идея повенчать красную идею с мусульманством. У колыбели такого союза стояли Карл Радек и известный младотурок Энвер-бей. Турок приехал в советскую Среднюю Азию с проектом создания Армии Красного Ислама для будущего покорения Британской Индии. Но закрутил, связался как с местными антирусскими повстанцами-басмачами, так и с интригами народных вазиров Бухарской Народной Советской республики, ушел от своих советских покровителей в горы и в итоге погиб от красноармейской пули. 

Идея совсем не пропала, об этом говорит хотя бы название одной из антиголландских организаций на Яве – Красный Сарекат (т.е. Союз) Ислам. Но действительно серьезное развитие подобная мысль – со своей местной Красной Армией, с Коммуной в городе и Советской республикой в сельской местности – получила тогда не в мусульманской, а в конфуцианской стране. На Ближнем исламском Востоке особых успехов у коммунизма и находящихся под его влиянием движений до Второй Мировой войны не было.

Перед началом и в ходе этой войны гитлеровская Германия тоже пыталась получить поддержку в мусульманских странах. Бесчисленное количество агитаторов и просто шпионов было отправлено в Иран, Афганистан, Ирак, Египет и другие соседние страны. Фюрера именовали специально для арабов «Гейдаром», уверяли, что он перешел в Ислам и принял это имя. Особенно больших результатов не получилось. Арабы охотно посмотрели бы на поражение Британии, но жертвовать для этого жизнью не хотели. Вот только премьер-министр Ирака аль-Гайлани под влиянием известного поджигателя иерусалимского муфтия аль-Хусейни попытался в мае 1941 года перебежать на сторону немцев, но англичане подавили это меньше, чем за месяц. В Иран, где, по уверениям союзной пропаганды кишели германские агенты, в августе 41-го года были введены советские и британские войска, шах уехал в Южную Африку, где и прожил до своей смерти в 1944-м. На престол был возведен его 22-летний сын, а оккупированный союзниками Иран стал мостом по ленд-лизным поставкам в Советский Союз.

В мае 1945 года алжирцы, не очень довольные покровительством деголлевского правительства «Сражающейся Франции» европейским и еврейским жителям своей страны, попытались организовать восстание, но оно было легко подавлено. Вообще в тот период достижение той или иной мусульманской страной независимости было чаще результатом общемировых процессов и решения самой метрополии, чем итогом ее собственной борьбы за свободу. Так Ирак, Сирия, Ливан, Трансиордания получили независимость потому, что кончились мандаты Лиги Наций, Пакистан возник, когда Британия стала уходить из своих индийских владений, по плану Маунтбеттена, чтобы избежать войны между индуистским и мусульманским населением. Война все же была, были погромы и беженцы, но нет сомнений, что без этого раздела все было бы еще страшнее.

Внимание всего мира было привлечено к британской подмандатной стране Палестине, где также две общины, еврейская и арабская явно не могли жить вместе без дубинки британского полицейского. Интересы к моменту решения вопроса в ООН в ноябре 1947 года разделились так, что США и СССР покровительствовали более евреям, а Великобритания арабам. По резолюции Генеральной Ассамблеи территория страны была разделена на две части. Евреям досталось 56% территории, большую часть которой составляла почти незаселенная пустыня Негев. Иерусалим и Вифлеем должны были стать территорией под международным управлением. Евреи, в общем, согласились, им, особенно после жуткого Холокоста в ходе мировой войны, важно было получить хоть какую бесплодную землю, чтобы своим трудом строить на ней свою страну.

Арабы были против. Им с самого начала было нужно изгнание или уничтожение соперников. Поэтому 15 мая 1948 года, на следующий день после провозглашения независимости Израиля  Трансиордания, Сирия, Египет, Ирак и Ливан напали на него. Главной ударной силой у арабов считался тогда трансиорданский Арабский Легион, выученный и вооруженный британцами, под командованием генерала Джона Глабба. Они очень рассчитывали на победу, отчасти из-за плохой вооруженности евреев, отчасти по старым анекдотам о еврее «с кривым ружьем» и т.п.. 

Ничего у них не получилось. Оказалось, что израильская армия воюет намного лучше, чем иракцы, египтяне или трансиорданцы, война закончилась на территориях, отведенных для палестинского государства, Иерусалим был разделен пополам. Во всем мире это произвело очень большое впечатление, многие, помнится в их числе фантаст Кларк, стали говорить о том, что «восходящий Щит Давида затмил Полумесяц». Это, в общем, была чепуха. Евреи и периодические войны с ними, как и перенос добычи большей части мировой нефти в арабские страны, вывели арабов в люди, их участие в мировой политике стало намного выше.

Большой проблемой в этой войне стали люди, бежавшие с занятой противником территории. Примерно 600 тысяч арабских беженцев с территории Израиля и около 820 тысяч еврейских беженцев из арабских стран. И те, и другие потеряли при этом все свое имущество. Те и другие поначалу жили в палатках в отведенных для них лагерях. Однако еврейские беженцы, по преимуществу сефарды, сумели влиться в жизнь новой страны, стали жить, как и все, в домах, работать, торговать, учиться, также, как и европейские евреи-ашкеназы, научились воевать. Сегодня они стали одной из главных опор своей новой Родины. Не так получилось с арабскими беженцами. За исключением Иордании им до сих пор нигде не предоставляют местного гражданства, во многих местах отказывают в принятой системе медицинской помощи, существуют «запреты на профессии». Поэтому, и сегодня значительная часть беженцев, точнее, их потомков, сохранивших статус, живет на пособия богатых арабских стран, ООН, ЮНЕСКО, Евросоюза или того же самого Израиля. К слову, Арабская Палестина тогда, в конце сороковых, так и не была создана. Оставшуюся для нее территорию прибрали себе ее же защитники – Египет и Трансиордания. Сегодня же, после новых побед Израиля в 1967 году вся эта территория оказалась под военным контролем евреев. По Ословскому соглашению 1993 года на ней создана Палестинская автономия. В Газе сегодня правят совершенно уже бесшабашные хамасовцы, а на Западном Берегу Иордана пытающиеся еще изобразить приличия люди из ФАТХ.

Собственно, нынешняя волна терроризма идет именно оттуда. Оказалось, что арабские мужчины не особенно хороши как солдаты. Я лично помню, какое впечатление на меня произвело сообщение о том, что в Битве на Голанских высотах в 1973 году сирийцы потеряли несколько сот танков и несколько десятков экипажей. Это значило, что при первой возможности танкисты бросают свои машины. Но вот самым эффективным оружием у них стал «пояс шахида», скрытая под одеждой взрывчатка, которую боевик взрывает, убивая себя и окружающих его врагов. Такие штуки придумали еще российские эс-эры, позже применяли китайцы против японцев, «Тигры Тамил-Илама» против цейлонских войск. Но подлинную славу поясу дали арабские террористы, особенно женщины и дети, начиная с 80-х годов.

Конечно, террористы были не только на Ближнем Востоке. Был белый террор в Веймарской Германии, убийство Курта  Эйснера, Эрцбергера, Ратенау. Все помнят про германскую «Роте Армее Фракцион» Баадера и Майнхоф, японскую «Красную Армию», итальянские «Красные бригады» в 70-х-80-x годах. Но характерно, что все эти организации так или иначе сотрудничали с палестинскими террористами, участвовали в их акциях, сами устраивали теракты против Израиля. Отличие этого терроризма XX и XXI века от террора, к примеру, итальянских карбонариев, российских народовольцев или ирландских фениев заключается в том, что раньше террор был направлен против конкретных лиц правящих режимов, никто не стремился убивать публику. Теперь террор направлен именно против публики, рассчитан на популяризацию в прессе и создание паники у населения. Тут взрывы шахидов или автомобилей, нагруженных взрывчаткой, конечно, очень эффективны.

Новая волна террора связана с интервенцией советских войск в Афганистане. Логическому объяснению эта акция не поддается. Установившийся у нас в ту пору режим с учетом многократно возросших поступлений от экспорта нефти газа мог бы держаться еще многие десятилетия при существовавшей инерции терпеливости у народов СССР. Но почему-то все такие режимы обречены на убивающую их ненужную внешнеполитическую активность. Вспомним фашистский режим Муссолини в Италии с его бессмысленной агрессией в Абиссинии, заметно подорвавшей из-за санкций национальную экономику и привязавшей итальянцев к военной колеснице Гитлера. Ведь аналогичный режим Франко в Испании, не позволявший себе внешней военной активности, смог прожить почти сорок лет и затем мирно (ну, почти мирно) перешедший в нынешнее демократическое и высокоразвитое состояние страны.

То не особенно важное в век ракет обстоятельство, что теперь советские танки оказались на пороге Индийского субконтинента, недалеко от Аравийского моря, насмерть напугало не только Запад, но и исламские режимы стран Ближнего и Среднего Востока, тех, которые были нашими негласными союзниками в годы Войны Судного Дня и скачка цен на нефть. В результате Сороковая армия воевала сразу с американской техникой и саудовскими деньгами. В сочетании с пуштунским национальным характером, со времен монгольских завоеваний и разрушения старой системы кяризного земледелия ставшим совершенно первобытным, это привело к фактическому поражению. Да, советские потери в той войне были не особенно велики, в среднем полторы тысячи в год, так можно было воевать еще десятилетия, как Николай I на Кавказе. Но ведь к цели, к полной ликвидации муджахедов совсем не приближались. А трусливая политика скрывания потерь, вранья о «мирной деятельности ограниченного контингента» заметно подрывала моральные устои общества.

Не могу не вспомнить свою собственную реакцию. Через неделю после сообщения о вводе войск мы отмечали Новый Год у одного моего сотрудника. С учетом интересов собравшихся я поднял тост: «За то, чтобы наши дети выросли настоящими туристами, прошли по сибирским и кольским рекам, поднимались на вершины Памира, Кавказа, даст бог, побывали в Альпах и на Джомолунгме. Но чтобы им никогда не видеть Гиндукуша!» Я действительно потом жил в некотором страхе – а ну как Начальники призовут моего сыночка участвовать в этой бессмысленной и безнравственной войне? Если бы он начал в таком случае «косить» - то я поддержал бы его чем мог. Это при том, что сам-то я без слова ушел после ВУЗа служить, защищать советский Дальний Восток от Мао и его НОА. Честно говоря, я именно поэтому во времена Перестройки способствовал, чем смог развалу той уродливой милитаристско-идеологической конструкции, которая пыталась выдать себя за мою Родину. И не один же я такой?!

Не исключено, что это советско-исламское противостояние повлияло и на решение саудитов обрушить нефтяные цены в 1985 году, которое выбило экономическую почву из под ног у горбачевских планов реформирования Советского Союза.

Но вот советские войска в 1989 году ушли из Афганистана. Уже созданная с помощью ЦРУ и американских доброхотов конструкция партизанско-террористического сопротивления не стала самораспускаться. Она заработала теперь уже против Запада. Все знают, что Бен Ладен и его Аль-Каида, сначала при американской поддержке направленные против Кремля, стали воевать против Запада, а выкормленные тем же ЦРУ в пакистанских лагерях беженцев люди «Талибан» стали воевать и против старых муджахедов, таких, как Ахмад Шах и Раббани. Афганистан стал, что вполне понятно, сползать в Средневековье, а террористы Аль-Каиды стали взрывать посольства США в Африке.

Все это достигло пика в сентябре 2001 года, когда угнанные арабскими террористами самолеты врезались в Пентагон и башни Всемирного Торгового центра. Это был самый большой по числу жертв террористический акт в мировой истории. Соединенные Штаты приняли, конечно, определенные меры по своей безопасности. Хотя новые теракты с того времени в США имели место, но в общем эти меры выполнили свою задачу. Зато акты террора в Европе, Индии, Индонезии, Африке помнят все. К объектам таких актов добавилась в 90-х годах еще и Россия. Если первые правительства Чечни-Ичкерии еще носили довольно светскую национальную окраску, то далее антирусское сопротивление получило безусловно исламскую идеологию. Теракты не прекращаются и носят очень бесчеловечный характер, а российские ФСБ и другие компетентные органы так и не могут выучиться их предупреждать, предпочитая заниматься намного более безопасными слежкой и подавлением оппозиции в собственных городах. Замирение Чечни в начале нулевых годов носило характер личного соглашения Президента Путина с семьей Кадыровых, достигнуто ценой неперывных вливаний из госбюджета Федерации в Чечню, привело к созданию в Грозном жестокого режима личной власти, вызывает неприязнь у славянского большинства России и может в любой момент взорваться новой войной. 

Вот этот вал террора со стороны людей и организаций, называющих себя исламистами, плюс непрерывное увеличение мусульманских меньшинств в странах Европы при отсутствии их заметной интеграции в европейское общество и создает ощущение новой, третьей волны натиска Ислама на Запад. Как и первые две волны она проходит на фоне полной раздробленности самого западного общества, неумения и нежелания сопротивляться. Эта проблема гораздо меньше в США, где основной поток эмигантов идет из-за Рио-Гранде из христианских Мексики и Центральной Америки, но она есть и тут.

Разумеется, новый натиск на европейский образ жизни вызывает большое количество трагических пророчеств о «Конце Запада». Собственно, эта тема еще со времен Шпенглера уже сто лет не исчезает из обсуждения. Этим она отчасти напоминает еще одну популярную с того же времени тему о том, что «Нефть кончается». Представляется, однако, что и нефть не кончится так легко и быстро, и «Закат Запада» будет еще сильно не завтра. Опыт двух предыдущих волн говорит о том, что при возникновении серьезной угрозы европейцы объединяются, а принявшая противника всерьез и объединившаяся Европа страшней, безжалостней и энергичней любого противника. Вспомним, как в начале ХХ века жителей Запад пугали «желтой опасностью». Что же оказалось? Да, действительно, самураи в середине века и Народный Китай в его конце казались слишком серьезной силой, но в конце концов никакой «желтой угрозы», повидимому, бояться не надо. Более того, именно «желтые» страны Дальнего Востока с их конфуцианской идеологией оказались новобранцами в рядах развитых стран свободной экономики и демократии.

Часто говорят, что активность исламского противостояния вызвана тем, что Ислам – религия молодая и еще не вошел в стадию спокойствия как Иудаизм, Христианство, Буддизм.  Мне лично трудно сравнивать религии, тем более, что я-то лично агностик, конечно, с еврейским, с советским, а также в меньшей степени с уральско-старообрядческим бэкграундом.  Кажется все же, что почти полторы тысячи лет – не так уж и мало. Первичный фанатизм должен бы уже и иссякнуть. Мы имеем дело не столько с конфликтом Ислам contra Иудаизм и Христианство, сколько с противоборством цивилизации Ближнего Востока, самой древней в мире и несколько закосневшей в своих традициях, с более молодой и несколько более продвинутой цивилизацией Европы и ее филиалов за морями.

Лично я все-таки надеюсь, что это противоборство не завершится радиоактивными грибами над городами или мечетью Парижской Богоматери на острове Ситэ, историки Будущего смогут смотреть на наше время не из развалин мировой цивилизации, а так же, как мы сегодня смотрим на историю того, как Арабский халифат пытался покорить мир или как турецкие султаны стояли в центре Европы и угрожали поглотить ее остаток. Будем надеяться на то, что конфликт закончится каким-то разумным компромиссом.

Я надеюсь также на то, что если Европе придется снова взять в руку меч, то она при этом не пойдет по пути Испании 1492 года, которая одновременно с маврами изгнала евреев и отдала свой народ на столетия под власть жестокой инквизиции.

Ну хорошо, значит, нынешний вал исламской активности должен схлынуть, как и предыдущие. А когда? Где он остановится? – Вот этого не скажу. В конце концов это зависит от нас самих. Будем выбирать политиков которые то ли по чрезмерному гуманизму, то ли по расчету на привлечение голосов способствуют дальнейшему росту неассимилируемых меньшинств в развитых странах – вал пройдет еще, будет заливать повседневную жизнь европейца. Вон, во Франции уже сегодня есть городские районы, куда заходить не стоит, можно нарваться на хулиганов из живущей на пособия иммигрантской молодежи. Туда и полиция-то не любит соваться. 

Будем выбирать экстремистов, призывающих к погромам – найдем в итоге кровавые стычки на улицах, превратим страны Запада в подобие Веймарской Германии. Вал иммиграции, может быть, и остановим, но зато попадем в тоталитарную диктатуру, в которой никому хорошо не будет. Так в этом ведь и заключается умение быть разумным избирателем. 

Вот, в России нынче сразу и довольно близко подошедшее к тоталитаризму общество – и, одновременно, половодье гастарбайтеров из Средней Азии плюс переселенцев из горных аулов, живущих не то, что по шариату, а просто по досредневековым адатам. При том, что еще со времен Пророка известно, что шариат гуманней и прогрессивней первобытно-родовых адатов. Кому нужна такая ситуация? Посмотрите, как развернулся в стране строительный бизнес, который держится на полурабском труде гастарбайтеров. И подумайте – есть ли у нынешнего российского Начальства более преданная и воинственная опора, чем в Грозном?

Так что – будем думать, прежде чем опускать бюллетени в урну, не будем верить тотальной пропаганде. И будем надеяться на лучшее.

Error

default userpic

Your reply will be screened

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.